21:53 

sophisticated.
Я не терпел поражений. Я просто нашёл 10 000 способов, которые не работают. (c)


I. Расы ТГ. Происхождение. Информация полностью найдена (собрана?) Химкой (~Алхимик)

1) Навь — злые духи (часто смертоносные) в восточнославянской мифологии, русалки. По украинским поверьям, в мавок превращаются умершие до крещения дети: имя мавки (навки) образовано от "навь" - образ посмертного бытия. Навки спереди имеют человеческое тело, а спины у них нет, поэтому видны все внутренности.
(здесь у меня возникли мысли о том, почему Панов до сих пор не демонстрировал читателям женщин нави...))

2) Эрли — русская транскрипция "Early Christianity" - принятое в католической церкви обозначение первых монахов.

3) Хваныс хванами всё предельно сложно.
В незапамятные времена жил был Хван Ун, сын небесного владыки Хван Ина, жил и очень интересовался всем, что происходит на Земле. И вот в один прекрасный день Хван Ин решил осчастливить людей и послать им своего сына Хван Уна, чтобы тот ими правил и учил уму разуму. Он дал ему с собой в дорогу дождь, ветер и облака плюс 3000 человек свиты – и отправил на Землю. Хван Ун спустился вниз в горах Тхэбэк, построил город и стал следить за всеми человеческими делами и проблемами, которых было ровно 360, в том числе земледелие, продолжительность жизни, болезни, наказания, проблема добра и зла. Так на Корейском полуострове появилась новая страна.
В те времена жили на земле медведица и тигр. Больше всего на свете они мечтали превратиться в людей и просили об этом Хван Уна. Небесный принц на это ответил так: вот вам пучок полыни и двадцать зубков чеснока. Вы станете людьми, если сможете питаться только этой полынью и чесноком и в течение 100 дней не выходить на свет Божий. Делать нечего, звери отправились в пещеру. Тигр просидел там 21 день, но не выдержал и сбежал. А вот медведица испытание выдержала и превратилась в женщину. А потом она просила небесного владыку ниспослать ей ребенка – и просьба эта была выполнена. В результате родился Тангун – сын бывшей медведицы и небесного принца Хван Уна. Согласно легенде, Тангун основал первое корейское государство в 2333 году до нашей эры.
Этот небесный принц, Хван Ун, даровал своему сыну эксклюзивные травки, чтобы он мог привести свой народ к закреплению на выбранных территориях. корейцы верили, что эти травки делают их сильнее, выносливее и терпеливее. Продавать их было запрещено, пользование - только внутри сообщества. (собственно, намёки на золотой корень)

4) Шасы — израильская политическая партия религиозных евреев-сефардов, основана в 1984. пришли к победе в парламенте в результате хорошо проведенной предвыборной компании и заняли ключевые посты в правительстве.
Kiira (19:35:35 23/05/2010)
2002г. у них там случился какой-то кризис и их поперли
Хёйангс-фьёрд (19:35:45 23/05/2010)
...в тайный город^^


5) Осы — во многих фольклорных текстах (напр., в амхарской сказке) ленивые, склонные к хвастовству, коварные,навязчивые (усиливаемая монотонным жужжанием), агрессивно жалящие Осы противопоставляются трудолюбивым, скромным и мирным пчёлам. Популярны мотивы вредоносности и хищности Ос, получившие разработку и в литературе,— от комедии Аристофана «Осы», где хищные интриганы выступают в виде старцев с утрированно большим осиным жалом, до мифологемы Ос. Мандельштама о могучих хитрых Ос (сильных мира сего), «сосущих ось земную».

6) Гарки — в осетинской волшебной сказке это «русалка» мужского рода, душа умершего преждевременной смертью, душа т.н. заложного покойника. До срока- значит до срока естественной смерти, не выполнив своей миссии на земле.
так же Гарка - название приспособления для стягивания груза на подводе.

7) Асуры — ведическая мифология. Им, светлым асурам, противостоят темные дэвы (вроде страшных сказочных джиннов)во главе с Индрой, Кришной и его аватарами и т.д .Кришна умеет создавать свои аватары в мире людей и почти человечен.:)



II. А это просто цитаты из книг, про быт аналитиков Тёмного Двора. Не все, сюда скинул только забавные.

***
Из высокого окна просторной светлой комнаты открывался прекрасный вид на одну из самых оживленных московских развязок: Ленинградский проспект делился на Волоколамское и Ленинградское шоссе. Многочисленные автомобили деловито сновали по мостовым, перестраиваясь и разворачиваясь, прибавляя скорость и притормаживая на светофорах, сигналя друг другу и зависая в пробках. Обычная будничная суета. Доминга любил смотреть на нее. Он мог часами наблюдать за сложными автомобильными развязками, но совсем не от безделья. Просто, что может быть лучшим тренировочным залом для профессионального предсказателя, чем хаотичное движение бесшабашных московских водителей? Доминга был одним из «ласвегасов» – легендарной группы аналитиков комиссара Темного Двора, прославившейся в свое время колоссальным выигрышем в американских казино. Сейчас он тренировался, идя на шаг впереди движения. – Разворот.

Голубая «девятка» повернула налево. – Нехорошо проезжать на красный. Лихач на «Вольво» прибавил, но все равно выскочил с Балтийской улицы уже на запрещающий сигнал светофора. Поток с Волоколамки пошел, и «Вольво» завизжал тормозами.

– А тебе бы следовало пропустить троллейбус, хулиган…

– Хватит бездельничать, Доминга! – донесся голос напарника. – Может, для разнообразия, поможешь мне?

Предсказатель обернулся.

В отличие от многих помещений Цитадели, кабинет «ласвегасов» был всегда залит ярким светом. Он был просторен – Сантьяга выбил для своих аналитиков одну из двух башенок на самой крыше штаб-квартиры Темного Двора, – но совершенно захламлен. За несколько лет работы творческие «ласвегасы» превратили двухэтажное помещение в чудовищную свалку, разобраться в которой могли только они. Многочисленные бронзовые конструкции, странные сосуды и реторты, толстые фолианты и обрывки пергаментных грамот принадлежали Доминге, наву, высококлассному магу-предсказателю. Второй «ласвегас» – шас Тамир Кумар – привнес в кабинет такое количество мониторов, системных блоков и серверов, что хватило бы на компьютерный магазин средних размеров.

– Проснулся? – проворчал Кумар, заметив, что напарник отвернулся от окна. – Совесть заела?

– Какая совесть? – Доминга нашел на столе холодный гамбургер и задумчиво вцепился в него зубами. – Ты чего делаешь?

– Халтуру для «Тиградком» просчитываю, – сварливо ответил шас. – Ты, между прочим, с Бесяевым о ней договорился, а сам только пялишься в окошко!

Доминга выплюнул недоеденный кусок бутерброда и недоуменно посмотрел на холодный, резиноподобный гамбургер:

– Может, смотаемся поедим?

– Только и можешь, что жрать целый день! Никуда не поедем, пока не доделаем халтуру. Дал же Спящий в напарники такого лентяя!

– Это кому еще не повезло! – возмутился голодный нав. – Попробовал бы сам работать с напарником-шасом, посмотрел бы я на тебя! Только и знаешь, что ныть!

– Это я ною? Да в этом улье только одна пчелка – это я! Тяну тебя за собой, как старый чемодан!

– Скоро ты эти провода себе в башку будешь вставлять, – съязвил Доминга. В одной из тумбочек он обнаружил полупустой пакетик чипсов и теперь весело хрустел пересохшей картошкой. – Поехали, говорю, поедим, пока ты совсем не свихнулся от своих компьютеров.

– А куда поедем? – сдался Кумар.

– Поехали в «Навруз»? Плов покушаем, – оживился Доминга.

– Далеко.

– А в «Яр»?

– Не хочу!

– Тогда давай хотя бы к «Максиму» сгоняем – пиццу навернем!

Страдания Доминги прервал тонкий предупреждающий свист. На свободном пятачке в центре кабинета завертелся черный вихрь.

– Кто? – крикнул Доминга, пережевывая последнюю порцию чипсов.

– Экспресс-доставка!

Тамир посмотрел на монитор и кивнул. Нав отбросил пустой пакетик и коротким заклинанием снял защиту. Вихрь раскрылся, превратившись в портал, из которого вывалился подросток в белой униформе службы доставки.

– Привет, «ласвегасы», вам срочная посылка!

– От кого? – поинтересовался Тамир, расписываясь в получении.

– От Сантьяги!

– Накрылся обед! – вздохнул Доминга и щелчком отправил в руки паренька монету: – Лови!

– Спасибо, Доминга! – сверкнул зубами парнишка и вернулся в портал. – До встречи! Вихрь исчез.

– Только и можешь, что деньгами сорить, – заметил экономный шас, открывая полученную коробочку. – Не стоит баловать посыльных чаевыми.

– Ты, пожалуй, избалуешь.

– Я думаю о тебе, мой друг, сам не заметишь, как спустишь все состояние.

– В семье Навь мотов не было никогда! – с законной гордостью сообщил предсказатель. – Ну и что нам прислали?

На черном бархате коробочки лежали несколько светлых волос и короткая записка, выполненная рукой Сантьяги: «Найти и отслеживать перемещения». Доминга осторожно достал один волосок и поднес его к глазам:

– Женщина. Человская. Крашеная. – Тоже мне задание, – недовольно проворчал Тамир, – только от работы отвлекает! Шас запустил еще один компьютер.

– Начинаем?

Доминга аккуратно положил волосок на бронзовое блюдо, от которого в системный блок компьютера шел толстый кабель.

– Готов?

– Сам готов.

Доминга пробормотал заклинание поиска и поднес к блюду зажигалку. Волос вспыхнул ярким голубоватым пламенем и быстро сгорел, образовав тонкое черное облачко.

– Успел?

– Успел.

Кумар вовсю стучал по клавиатуре.

Обычное заклинание поиска позволяло определить местонахождение объекта по его генетическому коду. Маг использовал какую-либо ткань – волос, слюну, кровь, кусочек кожи – сжигал ее или бросал в воду, а в облаке дыма или на поверхности воды видел искомый объект. «Ласвегасы» усовершенствовали процесс. Получая результат сразу на мониторе и одновременно накладывая на него карту города, они могли не просто найти объект, но и отслеживать его.

– Ну и где эта девушка? – Доминга с сожалением покосился на пустой пакетик из-под чипсов. Щас удивленно присвистнул:

– Нигде.

– Что случилось?

– Кто-то повесил на нее «пчелиный рой». Это было простое и эффективное антипоисковое заклинание. Опытный маг мог снять генетическую информацию об объекте и временно передать ее соплеменникам, после чего все они начинали откликаться на заклинание поиска.

Доминга заглянул в монитор – на карте Москвы весело перемигивались около сотни зеленых точек.

– Что будем делать?

Нав пожал плечами и взял телефон:

– Комиссар? Здравствуйте, это Доминга. У нас небольшие проблемы.

– Какие?

– На девицу повесили «пчелиный рой», и мы…

– Понятно, – перебил предсказателя комиссар. – В настоящий момент объект находится на квартире… – Сантьяга быстро продиктовал домашний адрес Артема. – Кроме того, на объекте магическое ожерелье. Оно должно фонить.

Доминга вслух повторял адрес, и Тамир тут же ввел его в программу.

– Я нашел!

На экране компьютера мигала всего одна точка.

– Комиссар, мы нашли объект, – порадовал шефа Доминга. – Он по указанному вами адресу.

– Не спускайте с него глаз, – велел Сантъяга и отключился.

– Хорошо, – пообещал Доминга замолчавшей трубке и уныло посмотрел на напарника. – Может, закажем какую-нибудь еду сюда?

– Обжора!
***
– Комиссар сказал, не подъезжать близко к смотровой площадке! – сварливо напомнил Доминга.

– А я и не подъезжаю! – не менее сварливо ответил Тамир Кумар. – Где ты видишь эту смотровую площадку? До нее еще километр, не меньше!

– Глаза у тебя есть, бестолочь? Площадка вон за теми кустами!

Шас выключил двигатель «Шевроле Каравана» и уж было открыл рот, чтобы достойно ответить напарнику, но его прервал телефонный звонок. Доминга скорчил ему гримасу и взялся за телефон;

– Ласвегас.

– Вы уже на месте? – Голос Сантьяги заставил аналитиков собраться.

– Так точно, комиссар, распаковываем аппаратуру.

– Я скоро буду.

Сантьяга отключился, и Кумар выбрался из машины. Мини-вэн «ласвегасов» был оборудован по самому последнему слову техники: многочисленные мониторы, мощные серверы, модемы, станция спутниковой связи. Маленький и компактный автомобильчик служил передвижным пунктом управления, а для отвода глаз был раскрашен в цвета НТВ. У кого вызовет подозрение параболическая антенна на крыше репортерской машины? Тем более что все документы были в абсолютном порядке.

– Тамир, где мой сандвич? – донесся из салона плачущий голос Доминги. – Ты его сожрал, мерзавец!
***
– Мы уезжаем, комиссар, – сообщил Доминга, – если вы не против.

– Благодарю за участие, господа, – Сантьяга устало потер глаза, – можете быть свободны.

– Мы будем в Цитадели, – подал голос, Кумар. – И если вам…

– Мы будем в ресторане «Мао» – оборвал напарника Доминга. – По дороге сюда он слопал мой гамбургер, и я должен подкрепиться.

– Это был мой гамбургер…

«Ласвегасы» отключили связь, и их мини-вэн покатился по Косыгина в сторону Киевского вокзала. Сантьяга улыбнулся.
***
– А что ты скажешь вот об этом всплеске? – поинтересовался Тамир, указывая на монитор.

Доминга, высокий нав, к которому обращался Тамир, молча подошел к столу и прищурил черные глаза:

– Ты специально ищешь самые слабые проявления магической энергии?

– Ты сам поспорил, что сможешь определить, какое заклинание работает, только по показаниям монитора, – ухмыльнулся Тамир. – Девять случаев из десяти, и две сотни на кону. Один прокол у тебя уже был.

– Поспорил, поспорил, – проворчал нав, потирая виски.

Доминга, опытнейший маг-предсказатель, и шас Тамир Кумар, специалист по теории вероятностей и математической логике, а также великолепный компьютерщик, составляли знаменитую пару «ласвегас» – команду личных аналитиков комиссара Темного Двора. Двухъярусный кабинет в Цитадели, который они занимали, представлял собой удивительно запутанное сочетание компьютерной барахолки и антикварного склада. Многочисленные мониторы, серверы и системные блоки мирно уживались в нем с бронзовыми конструкциями, ретортами, порошками в причудливых колбах и старинными манускриптами. «Ласвегасы» работали на сочетании магии и современных технологий и считались лучшими в Тайном Городе специалистами в этой области.

Сейчас они занимались в общем-то несвойственным для себя делом: маялись дурью со скуки. Доминга высказался в том смысле, что сможет сам, без помощи «железа», вычислить, на какое заклинание расходуется магическая энергия в любой точке Тайного Города. При этом нав неосмотрительно не уточнил нижний предел мощности всплеска, и Тамир, жаждущий проучить напарника, запустил все сканеры и тщательно следил за всеми строящимися в Тайном Городе арканами, выдергивая для Доминги самые незначительные импульсы. Тотальное сканирование стоило очень недешево и использовалось крайне редко, в исключительных случаях, но в Темном Дворе не считали расходы «ласвегасов», и аналитики могли себе позволить легкое развлечение в качестве тренировки.

– Ну что? – Шасу надоело ждать. – Записываем прокол? Наличные у тебя с собой?

– Размечтался! – Доминга открыл глаза. – Кто-то решил скрасить вечерок и вызвал инкуба.

– Инкуба? – недоверчиво переспросил Тамир. – Кому нужны инкубы? Только энергию зря переводить!

Любвеобильные духи, временно обретающие плоть под действием несложного заклинания, пользовались большой популярностью в Средние века. В последнее время маги, как правило, предпочитали натуральных партнеров.

– Нельзя быть таким меркантильным, – покачал головой нав. – Во-первых, натурам, склонным к романтике, свойственно искать идеал, а когда таковой не находится, создание инкуба – единственно возможный выход.

– Тоже мне выход.

– Я же сказал, натурам, склонным к романтике. Тебе этого не понять. – Доминга потянулся. – А во-вторых, качественно вызванный инкуб имеет массу достоинств по сравнению с реальным любовником.

– Каких же?

– Например, он не храпит после секса, – засмеялся нав. – Просто делает свое дело и растворяется.

– Много ты понимаешь в сексе, – проворчал шас. – Нет ничего более приятного, чем всхрапнуть часок после любви. Самый сладкий сон, между прочим, эрлийцы очень рекомендуют.

– Ты лучше проверь всплеск, герой-любовник, – предложил Доминга. – И деньги заодно приготовь.

– А чего их готовить, надо сначала проверить. – Тамир постучал по клавиатуре, запуская программу обработки магического импульса, увеличил мощность сканеров и тщательно разложил полученный с Гольяновской улицы сигнал. Стоимость энергии, которая ушла у шаса на эту хитрую операцию, в восемь раз превышала стоящую на кону сумму. Получив результат, Тамир пару секунд изучал таблицу, а потом вздохнул: – Ты прав, действительно инкуб.

– Никогда не спорь с навом на деньги, – поучительно произнес Доминга, бережно пряча в бумажник полученные от шаса купюры. – Тем более с навом-предсказателем.

– Знаю я твои предсказания. – Кумар побарабанил пальцами по столешнице. – Что это за идиотка живет на Гольяновской? Не могла нормального мужика в гости позвать?

– Какая разница? – махнул рукой Доминга. – Может, удвоим ставки?
***
Двухэтажный кабинет «ласвегасов», личных аналитиков комиссара Темного Двора, представлял собой дивную смесь компьютерной барахолки и магической мастерской. По огромному, залитому светом помещению были причудливо разбросаны мониторы и серверы, реторты и пыльные фолианты, мощные сканеры и загадочного вида бронзовые треноги, попахивало колдовской травкой и сгоревшими предохранителями. Картину дополняли обрывки кабелей и разбросанные там и сям пустые коробки из-под пиццы и гамбургеров, которые забывал выбрасывать вечно голодный Доминга, нав-предсказатель высочайшего класса. Вторым и последним членом группы был шас Тамир Кумар, великолепный программист, дока в статистике и математической логике. Кличку же свою «ласвегасы» приобрели благодаря серии умопомрачительных выигрышей в крупнейших казино Нового Света, после которой на них и обратил внимание Сантьяга.

Логово аналитиков так же, как личный кабинет комиссара Темного Двора, резко отличалось от мрачных помещений Цитадели, и Сантьяга любил здесь бывать.

– Как здоровье уважаемого епископа Треми? – рассеянно поинтересовался комиссар, изучая положение шаров.

– А чего с ним станется? – пожал плечами Ортега. – Высушил своего обидчика и завалился спать. Проснется, будет как огурчик.

– Славно. Передайте в пресс-службу, чтобы они не очень раздували этот инцидент. Тех заявлений, которые уже прозвучали, вполне достаточно.

– Хорошо, – кивнул помощник комиссара. Тем временем Сантьяга принял решение, склонился над столом и нанес короткий точный удар. Шар, отразившись от трех бортов, положил на зелёное сукно последнюю фишку.

Изящный столик для карамболя «ласвегасы» притащили на рабочее место несколько месяцев назад. Зачем, никто не спрашивал: прикрытые широкой спиной Сантьяги аналитики могли делать все, что им взбредет в голову. Комиссар, в свою очередь, оценил идею и, когда позволяло время, с удовольствием гонял шары.

– Я вижу, вы решили сопротивляться до последнего, – улыбнулся Сантьяга, наблюдая, как Доминга сосредоточенно натирает мелом кий. – Хочу заметить, что со времени нашей последней партии вы существенно улучшили свою игру.

– Я много тренировался, – буркнул предсказатель.

– Но недостаточно, – недовольно протянул Ортега. – Давай напрягайся, прохвост, из-за тебя я могу потерять деньги.

Доминга невнятно пробормотал в ответ нечто короткое и емкое и склонился над столом.

Зрители, Тамир Кумар и Ортега, расположились в удобных креслах, потягивали сок и не скупились на ехидные комментарии. Особенно Ортега, который поспорил с Тамиром на три сотни, что Доминга не проиграет Сантьяге больше ста очков. В данный момент предсказатель отставал от комиссара почти на двести. И опять смазал удар.

– Растяпа! – выразил неудовольствие Ортега.

– Бездельник, – прошипел в ответ Доминга.

– Бестолочь! Не мог предсказать собственную игру! Откуда у тебя только руки растут?

– А при чем здесь руки?

– Потому что с твоей башкой и так все понятно.

– И что тебе понятно с моей головой? – осведомился предсказатель.

– Что она подходит для красной шапки. Сантьяга, невозмутимо устанавливающий на столе фишки, чуть улыбнулся каламбуру своего помощника.

Уши Доминги заострились, первый показатель, что нав планирует впасть в бешенство, но в этот момент один из компьютеров издал мелодичный звонок. Тамир пулей вылетел из кресла, несколько мгновений щелкал пальцами по клавиатуре, а затем посмотрел на Сантьягу:

– Наша птичка сообщает, что в Замке собрались все вожди Ордена. Последние магистры лож и ведущие маги только что подтянулись.

«Птичка», искусный артефакт, выполненный в виде сороки, сначала контролировала перемещения Вероники Пономаревой, а теперь кружила над штаб-квартирой чу-дов, отслеживая прибытие в Замок лидеров рыцарей.

– Они начали совещание, – пробормотал позабывший о зарождающемся скандале Доминга.

– Сколько времени прошло с того момента, как Вероника Пономарева сдалась' чудам? – спросил комиссар, не отрывая взгляд от стола.

– Меньше часа, – немедленно ответил Ортега, торопливо выбираясь из кресла.

– Если еще через час Орден не сообщит остальным Великим Домам, что в его руках находится гиперборейская ведьма, – негромко произнес Сантьяга, – нас ждут насыщенные событиями выходные. Продолжим партию.
***
– Видел? – Доминга, один из “ласвегасов”, хвастливо кивнул на новенький сервер, мирно гудящий среди прочего компьютерного хлама, заполонившего логово лучших аналитиков Темного Двора. – Последняя модель! Бесяев лично настраивал.

Егор Бесяев, вице-президент “Тиградкома”, заслуженно считался главным программистом Тайного Города.

– Дорогой, наверное, – буркнул Бога.

– Куча денег, – поддержал его Ортега. – Комиссар этим двоим любые игрушки покупает.

Оба нава, дежуривших по приказу Сантьяги вместе с “ласвегасами”, хмуро покосились на мощное устройство. Они были гарками, элитными воинами Темного Двора, и практически не разбирались в современных человских технологиях.

– Зачем он вам?

– Для работы, – отрезал Тамир Кумар.

– А вам знакомо значение этого слова? – удивился Ортега.

– В отличие от тебя! – недовольно пробубнил Доминга и полез в ящик стола. – Тамир! Здесь были мои бутерброды.

– Их Бога сожрал, – наябедничал Кумар. Ортега и Бога сидели в кабинете “ласвегасов” уже пять часов и вполне могли проголодаться.

– Может, закажем пиццу? – осторожно предложил провинившийся нав.

Вместо ответа Доминга швырнул в него микросхему.
***
Те немногочисленные обитатели Тайного Города, которым доводилось бывать в знаменитой Цитадели, неприступной штаб-квартире Великого Дома Навь, единодушно отмечали идеальный порядок, который царил в твердыне Темного Двора. Все, абсолютно все, начиная с ухоженного внутреннего дворика и заканчивая самым отдаленным уголком крепости, всегда пребывало в состоянии «только что вымыт и подстрижен». Окна блестят, двери не скрипят, а между дорожкой и бордюрным камнем нет и намека на грязь. Другими словами, несмотря на то, что многие помещения Цитадели были освещены гораздо слабее, чем хотелось бы гостям, в этой темноте можно было встретить все, что угодно, кроме пыли.

И только один кабинет, или, правильнее сказать, логово, разительно отличался от старательно вылизанных помещений штаб-квартиры навов. Там полумрак, здесь – море света из многочисленных окон. Там стерильная чистота, здесь – действующие и давно вышедшие из строя компьютеры, провода и микросхемы, колбы с колдовскими растворами и древние бронзовые конструкции, валяющаяся там и сям одежда, стол для игры в карамболь, пакетики из-под орешков, коробки из-под пиццы и даже куски засохших бутербродов. Двухэтажная берлога «ласвегасов», личных аналитиков комиссара Темного Двора, не была образцом порядка, зато создавала неповторимый уют обжитой помойки.

Из навов сюда, не морщась, заходил только Сантьяга.

Казалось бы, мрачные и не склонные к сантиментам основатели Темного Двора никак не должны были терпеть в своей штаб-квартире такого безобразия, но Доминга, нав-предсказатель, и его напарник Тамир Кумар, шас, специалист по математической логике, заслуженно считались гениями анализа, и им многое сходило с рук. Тем более такая мелочь, как обустройство рабочего кабинета по своему вкусу. И особенно учитывая то, что именно из этой электронно-магической свалки Темный Двор осуществлял контроль за Тайным Городом, и ни разу у колючих навов не было повода для нареканий – работали «лас-вегасы» на совесть.

Отдыхать они тоже умели.

И в тот момент, когда подал голос мощный, но ОЧЕНЬ пыльный компьютер, аналитики как раз переживали последнюю стадию качественно проведенного отдыха – они не переживали ни о чем. Заголосившая машина пряталась в самом дальнем углу кабинета, поэтому сигнал дошел до «ласвегасов» не сразу, но все-таки дошел и становился все громче и громче, вдребезги разбив нежный хрусталь волшебной умиротворенности заслуженного отдыха.

– Черт! – простонало тело Тамира. Оно покоилось в огромном кожаном кресле на колесиках и не имело никакого желания приступать к работе. Оно хотело только покоя и чтобы не болела голова. – Кто-нибудь, выключите это…

Валяющийся на диване «кто-нибудь» не отреагировал. В отличие от друга, Доминга не нашел сил даже на то, чтобы открыть глаза. Сигнал повторился: очнувшийся компьютер настырно искал хозяев, и не было никакой надежды, что безумная железяка удовлетворится самостоятельно. Кумар, бормоча невнятные проклятия, засеменил ногами по полу, и кресло послушно покатилось к затявкавшему агрегату.

– Уничтожь этот хард, – простонало тело Доминги, когда кресло проезжало мимо дивана.

– Если найду молоток – обязательно, – пообещало тело Тамира. – Где сок?

– Ни звука! – велело тело Доминги и отвернулось лицом к стенке. – Уничтожь хард и скройся, я тебя ненавижу.

– Ты должен был предвидеть, что все закончится именно так.

– Я тебя ненавижу, – повторил лучший предсказатель Тайного Города.

Компьютеру надоело попискивать, и теперь из угла доносилось истеричное завывание.

– Иду, иду…

Проезжая мимо холодильника, Тамир снял с потайной полки пакет томатного сока, а с одного из придорожных столов схватил стакан. Поэтому к оскандалившемуся компьютеру кресло подвезло не полуживое тело, а крупного специалиста по математической логике, правда, находящегося не в лучшей форме.

– И стоило так орать?

Кумар с наслаждением глотнул густую красную жидкость, страдальчески посмотрел на монитор… и отшвырнул недопитый стакан в сторону. На полу радостно образовалась томатная лужа, но специалисту по логике было плевать на подобные житейские мелочи.

– Доминга, сюда! – Тамир лихорадочно застучал по клавиатуре. – Быстро!!

– Прохладная ванна, апельсиновый сок и кофе, – категорически отрезал Доминга. – Только это поможет мне выжить в страшном мире.

– Могу предложить любопытную ситуацию и непрерывную работу на ближайшие дни, – отрезал Кумар. Шас окончательно стряхнул с себя утреннюю усталость и не отрывал взгляд от монитора. Веки почти не дрожали. – У нас проблемы, старик.

Доминга, кряхтя, поднялся на ноги, подошел к напарнику, и несколько секунд «ласвегасы» молча рассматривали картинку на экране.

– Красиво? – не выдержал Кумар.

– Симпатично, – согласился нав.

– Догадываешься, что это значит?

– Кто из нас предсказатель? – сварливо осведомился Доминга. – Я даже знаю, кто будет вытирать вот эту лужу.

Тамир задумчиво посмотрел на разлитый томатный сок, усмехнулся и щелкнул пальцем по монитору:

– Тогда почему не предсказал?

– Такие штуки мне не по зубам, – честно признал нав. Огромный экран был разделен на несколько окон. Правое верхнее показывало земной шар, оплетенный разноцветными линиями магических полей. В левом верхнем углу торопливо бежали цифры – Тамир успел запустить расчеты. А вот в основном, в самом большом окне демонстрировалась виновница торжества – пронзившая пространство белая воронка. Она-то и вызвала глобальное возмущение полей.

– Сейчас позвонит комиссар, – буркнул предсказатель.

– О, ты снова в форме, – улыбнулся шас.

– Очень смешно, – нав огляделся в поисках телефона.

– Скажи ему, что мы все знаем.

– И не мы одни, – вздохнул Доминга. – Ставлю обед в «Савое» против дырки от бублика, что весь Тайный Город уже стоит на ушах. – Телефон зазвонил, предсказатель снял трубку и доложил: – Комиссар, мы все знаем.

– Подробности, пожалуйста, – вежливо попросил Сантьяга.

– Прокол полей продолжался шестьдесят девять секунд, – доложил Тамир, успевший подключиться к разговору по параллельной линии. – Привязка к конкретным координатам отсутствует: у воронки было широкое горлышко, к тому же она быстро двигалась. Направление – с запада на восток. В зону попала огромная территория: от Лос-Анджелеса до Тайного Города. – Кумар прищурился на расчеты. – Эхо длилось девятнадцать секунд. Выявлены кратковременные сбои в работе Источника. Уверен, у людов и чудов то же самое. Сейчас все приходит в норму. Сеанс окончен.

– Шестьдесят девять секунд, – задумчиво произнес Сантьяга-

– Не забудьте о нарастании и спаде сигнала, – добавил Кумар. – Семь секунд до и семь секунд после.

– Был всплеск?

– Один, – подтвердил Тамир.

– Координаты?

Шас развел руками так, словно грозный собеседник мог видеть его огорчение:

– Увы, комиссар, шум воронки глушил практически все. Мы даже не видели всплеск, то, что он был, рассчитал компьютер.

– Один всплеск? – после короткой паузы уточнил Сантьяга.

– Мы считаем – да.

– Благодарю, – задумчиво произнес комиссар. – Пожалуйста, продолжайте расчеты. Постарайтесь, если получится, смоделировать процесс. Возможно, вы сможете определить координаты всплеска.

– Разумеется, комиссар.

– Кстати, мы правильно поняли? – зачем-то спросил Доминга. – Это прокол дальнего перехода?

Черные глаза предсказателя не отрывались от белой воронки.

– Да, вы все поняли правильно, – согласился Сантьяга. – Большая Дорога снова открыта. – Он помолчал. – Странники вернулись.
***
Треми набрал номер, терпеливо ждал не меньше двух минут и улыбнулся, услышав заспанный голос:

— Даже если ты ошибся номером, ты покойник. Плачь, каналья, у меня есть знакомые вампиры.

— Доминга, я как раз один из них.

— Захар?

— Рад, что ты не спишь.

— Не думал, что ты способен на такую подлость, — пробубнил аналитик, выругался и осведомился: — Чего надо?

— Ты у себя?

— Ну. — «Ласвегасы» частенько ночевали в своей берлоге.

— Мне нужно, чтобы вы срочно просканировали домик. Очень внимательно и ОЧЕНЬ осторожно.

— Кого ищем?

— Мятежников.

— А разве не всех поймали?

Голос аналитика изменился: окреп, стал громче. «Уязвлённая гордость», — улыбнулся Треми. «Ласвегасы» очень не любили ошибаться.

— Чего молчишь?

— У меня нет никаких доказательств, — спокойно соврал Захар. — У меня нет даже веских причин для подозрений. Мои ребята обнаружили странную активность, и я хочу понять, что происходит.

— Ну и выяснял бы сам, — сварливо предложил нав.

— Не хочу спугнуть. Вряд ли вас обманули юнцы…

— Нас никто не обманывал! — буркнул Доминга. — Называй адрес.

— Только осторожнее!

— Не учи! Обещаю: даже если там комиссар прячется, он ничего не почувствует!

— Ну-ну…

Некоторое время из трубки доносилось невнятное сопение, подозрительные шумы, треск клавиатуры и ругательства. Единственной осмысленной фразой стала: «Не жалей энергии!», обращённая, судя по всему, к проснувшемся Тамиру. Захар не сомневался, что оскорблённые в лучших чувствах аналитики отработают на совесть, досконально просканируют дом, но не позволят почувствовать своё присутствие. Так и получилось. Минут через десять после начала процедуры из динамика послышался радостный вопль Доминги:

— Я знал, что ты зря панику наводишь!

— Пустой домик? — насторожился Захар.

— Почему пустой? С челами. Три мужика и женщина. Ни в одном нет ни капли энергии.

— Значит, ошиблись…

— Ещё как ошиблись! — Доминга, поняв, что есть возможность прижать епископа, принялся торопливо выставлять претензии: — Нас разбудили — раз! А у нас был трудный день, между прочим. Энергии на сканирование потратили…

— Бутылка коньяка?

— Две.

— Договорились. Треми положил трубку.
***
– Сэндвич мой!

– Не будь жадным, это наша семейная черта, – пробурчал Тамир, не выпуская утащенную еду. – Не позорься.

– Поговорим об этом, когда я наемся, – ответил Доминга, не позволяя приятелю воспользоваться бутербродом по назначению.

– Тогда будет поздно.

– Я переживу. И потом, с каких это пор шасы узурпировали право на жадность?

– Вы не умеете ею пользоваться.

– Кто сказал?

– Все знают.

Между собой навы называли логово «ласвегасов» помойкой и не стеснялись указывать, что от канализации оно отличается лишь отсутствием неприятного запаха. Ходили даже слухи, что обещание комиссара направить провинившегося на уборку аналитического центра делало даже самого строптивого нава исполнительным и послушным. При этом логово было не грязным – просто не убранным. Двухэтажное помещение, находящееся в одной из выходящих на Ленинградский проспект башен, переполняли компьютерная аппаратура и запчасти к ней, артефакты и запчасти к ним, а также еда, готовая к употреблению, еда, находящаяся в употреблении, и обертки от еды, побывавшей в употреблении. Вечно чем-то увлеченные Доминга и Тамир считали уборку пустой тратой времени, а голем-уборщик их отвлекал.

Сейчас, к примеру, «ласвегасы» были увлечены дележом последнего бутерброда.

– Это мой сэндвич!

– Я его заказал! Ты ветчину не любишь!

– Я оплатил счет!

– И уже сожрал все свои бутерброды!

Будучи натурами увлекающимися, «ласвегасы» могли препираться до вечера, однако пиликанье одного из компьютеров заставило их повернуть головы.

– Сигнал.

– Пойди посмотри.

– Отпусти сэндвич.

– Между прочим, голос подала та машина, что следит за телефоном Кина. Надо доложить комиссару.

– Займись этим.

– Почему я?

– Вы, навы, легко находите общий язык, – язвительно объяснил Тамир.

– Ах да, ты же мой вассал! – вспомнил Доминга.

– Что угодно доброму сеньору?

– Мой сэндвич.

– Сначала его нужно внести в список податей.

Доминга тяжело вздохнул и предложил:

– Пойдем вместе.

– Пойдем, – согласился шас.

Не выпуская сэндвич раздора из рук, аналитики подошли к компьютеру и уставились на монитор.

– А разговор-то уже закончился.

– Мы его записали.

– Но не проследили, – угрюмо буркнул Тамир, проглядывая выданный программой слежения отчет. – Абонент слишком быстро положил трубку.
***
Каждый Великий Дом Тайного Города имел в своем распоряжении мощную группу аналитиков, призванных объяснять командирам суть происходящих вокруг процессов и выдавать необходимые для победы или получения прибыли рекомендации. В Зеленом Доме группа состояла из тридцати специалистов, в Ордене – из сорока одного, в Темном Дворе… Сантьяга, который в случае войны имел право без каких бы то ни было консультаций мобилизовать весь Великий Дом, в мирное время обходился крайне ограниченным количеством помощников и, соответственно, был вынужден ставить на качество, а не на количество. В результате «главный аналитический центр Темного Двора» состоял из двух сотрудников: нава-предсказателя Доминги и эксперта по математической логике Тамира Кумара – парочки, известной всему Тайному Городу как «ласвегасы». Работали они отлично, но при этом, как и любые гении, частенько шли на поводу у засевших в их головах «тараканов».

– Господа! – Сантьяга вошел в берлогу «ласвегасов», которую навы обычно называли свинарником, и остановился в двух шагах от двери, пытаясь определить, в каком именно месте двухэтажного помещения скрываются аналитики. – Доброе утро!

Тамир оторвал голову от стола, осоловело огляделся и принялся лихорадочно елозить пальцами по волосам, видимо разминая мозг перед работой.

– Э-э… – Доминга распахнул глаза, однако даже не обозначил желания выбраться из кресла, в котором, судя по всему, провел ночь.

Комиссар, в свою очередь, не стал ждать, когда предсказатель превратит мычание во что-нибудь связное. Он переступил через небольшую кучку оберточной бумаги, обошел полуразобранный (или полусобранный?) системный блок с подсоединенным напрямую хрустальным шаром… Вернулся к нему и вытащил из-под материнской платы свою запонку, которую давно считал безнадежно потерянной, машинально отметив при этом, что берлога «ласвегасов» отлично экранирована от магического поиска, и наконец добрался до подчиненных.

– Уверен, вы знаете, о чем я хочу поговорить.

– Не о чем, а о ком, – вздохнул Доминга. – Знаем.

– Берислав – труп, – напомнил последние новости Сантьяга. – Значит, он не кто, а что.

– Кофе, – неожиданно выдал Тамир, сжимая ладонями виски. – Утренний кофе.

– Он вам нужен? – участливо осведомился комиссар.

– Его у меня нет. Этот гад сжевал все зерна.

– Я голодал, – с достоинством ответил Доминга. – Ты съел мой ужин.

– Один бутерброд из восьми, – уточнил шас.

– Из-за чего организму не хватило калорий.

– Но зачем жрать кофейные зерна?

– Сначала я хотел отпилить и запечь твою руку, но потом решил не портить имущество Темного Двора.

Сантьяга с улыбкой оглядел ругающихся аналитиков, после чего, чуть повысив голос, произнес:

– Господа, этой ночью умер один из высших иерархов Зеленого Дома. В его смерти есть две странности. Первая: мы ее не прогнозировали, вторая: мы не имеем к ней отношения. И я хочу знать, кто затеял игру.

«Ласвегасы» переглянулись.

– Мы готовы, комиссар.

– Мы просто шутили.
***
– Кортес, ты опять выиграл!

– Я специализируюсь на победах, – усмехнулся наемник. – Еще партию?

Коротая в ожидании Сантьяги время, Кортес предложил «ласвегасам» развлечься в карамболь, благо столик стоял прямо в логове аналитиков. Помощники комиссара согласились и последовательно проиграли наемнику утренний кофе, завтрак на двоих и все карманные деньги. Убедившись, что наличных не осталось, азартный Доминга полез за чековой книжкой, но был остановлен хладнокровным приятелем.

– Больше не играем.

– Мы не можем сдаться! – возмутился Доминга. – Мы – «ласвегасы», мы всегда выигрываем!

Он еще помнил, какой шорох навел в крупнейших казино Северной Америки.

– Добро пожаловать во взрослую жизнь, – дружески улыбнулся наемник.

– Заткнись! – столь же дружески попросил Тамир Кумар.

– Я могу предсказать, как нужно ударить, чтобы шар покатился куда надо! – продолжал настаивать Доминга.

– А ударить правильно можешь?

– Нет.

– А Кортес может.

Наемник допил честно выигранный кофе и повторил вопрос:

– Еще партию?

– Нет! – хором отозвались главные аналитики Темного Двора.

– Мы знали, что проиграем, – добавил Кумар.

– В таком случае зачем начинали? – поинтересовался вошедший в помещение Сантьяга.

– Доминга развлекался, – наябедничал Тамир.

– Была небольшая вероятность победы, – неохотно протянул предсказатель. – Кортес мог ошибиться.

– Но не ошибся!

– На то она и вероятность.

@темы: books, fan-dom, Тайный Город

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Uno

главная